Я некрасивая

Мой перевод поста Christine Sinclair (с сокращениями) для сообщества Бодипозитив


talking-ugly
Фото: Lucia Fainzilber

Я некрасивая.
Попробуй сказать это. Попробуй в кругу женщин вслух назвать себя некрасивой или даже уродливой. Попробуй сказать им — может быть, своим подругам, но не обязательно — что ты не считаешь себя красивой. В ЛУЧШЕМ случае ОДНА из них ВОЗМОЖНО посочувствует тебе и скажет что-то типа «наверное, это тяжело». Но, скорее всего, твое мнение будет мгновенно отвергнуто. НЕТ! Это неправда! Не говори так! Ты очень красивая! Ну блин! Если ты некрасивая, то я должно быть совсем уродка! Как ты можешь так думать?!

Я уверена, что так происходит независимо от того, как ты на самом деле выглядишь. Возможно, не во всём мире. Возможно, в мире есть места, где признавать свою некрасивость и говорить об этом не является таким культурным табу, как там, где я живу*. Но там, где я живу, женщина не может называть себя некрасивой. Тебе просто этого не позволят.

Одни начнут говорить про внутреннюю красоту, которая имеет значение. Но я же говорю не о ней. Внутренняя красота называется по-другому: доброта, щедрость, сострадательность, внимательность. Внутренняя красота охватывает всё то, что не является красотой внешней. Эта фраза не помогает, скорее наоборот. Если только не определять её как набор качеств, которые люди склонны приписывать другим В СООТВЕТСТВИИ с их внешней красивостью. Потому что внешняя красота — как белая кожа или принадлежность к среднему классу — это стандарт, которым измеряют всех нестандартных.

Другие напомнят о том, что где-то есть кто-то, в чьих глазах ты — красавица! Конечно! Это должно быть так, а если нет, то это только ПОКА! Пока ты не нашла того самого! Но это тоже не то, о чём я говорю. Я не говорю о том, что люди находят других людей привлекательными. Влечение сложная штука. Меня может привлекать то, как кто-то паркуется или рисует на пенке моего капучино. Влечение — это химия, и история, и контекст, и погода, и количество кофеина или алкоголя в твоей крови. И это не та красота, о которой я говорю.

А ещё, не забудем об этом, ты красивая! Посмотри, какие у тебя глаза! Какие волосы! Я мечтаю о груди как у тебя! У тебя такие элегантные руки! Да что угодно. Всегда есть какая-то черта, какая-то часть тела, которую можно выбрать, расхвалить и превознести до сияющих высот. А потом удивиться: почему ты не сделала головокружительную карьеру модели, демонстрирующей руки, или не снимаешься в рекламе шампуня? Всегда в тебе найдётся что-то, что-то конкретное, что соответствует. Бывают у женщины такие отдельные части тела, которые так хорошо вписываются в стандарты красоты, что сама мысль о некрасивости достойна порицания.
И всё же.

Не забывай (в зависимости от круга общения, этот аргумент может и не возникнуть), что это патриархальные стандарты красоты заставляют тебя чувствовать себя некрасивой! Это расизм, эйблизм, эйджизм, лукизм, капитализм, консьюмеризм. И всё это правда, конечно.

Я не сомневаюсь, что тебя так или иначе стыдили за твоё тело. Научили бояться того, что оно означает. Научили ненавидеть свое тело за то, что оно никогда не сможет соответствовать. Научили наказывать его, прятать его, научили, что делать и не делать, чтобы улучшить его. Научили истязать своё тело и душу, потому что с самых ранних лет мир вокруг чётко давал понять: твоё тело неправильное, а значит и ты неправильная, а значит ты должна его исправить или тебе конец. Ты, никчемный кусок дерьма, исправь себя или потерпи поражение.

Это было трудно: иметь тело и быть женщиной. Это и сейчас трудно. Так что ты заслужила свою красоту, выстрадала её, получила в награду за годы боли и ненависти к себе. Красота — это доказательство того, что патриархат был неправ. Того, что на самом деле наши тела — это прекрасные храмы, которые нужно питать и прославлять.
И тем не менее, я говорю не о любви к себе. Она несомненно важна. Но красота, которую я имею в виду, — это не (мифическое?) чувство целостности и завершённости, которое выросло за годы борьбы со сценариями ненависти и сексизма.

В этом гипотетическом (а для некоторых из нас — вполне реальном) разговоре, прежде чем тебе позволят продолжить, ты услышишь все эти (и другие) опровергающие ответы на своё признание.
Скорее всего, тебе заткнут рот.

Если ты будешь упорствовать, попытки переубеждения будут усилены вдвое, а в худшем случае ты получишь советы по достижению красоты путем диет, упражнений, маскирования недостатков и подчеркивания достоинств. Весь этот разговор станет каким-то пылким неловким месивом и каждая будет рада поскорее его свернуть.

К чему я это всё.
Проблема в том, что многие, МНОГИЕ из нас не имеют таких тела, фигуры, лица, кожи, волос, какие в нашем обществе считаются красивыми. Архетипически красивыми. Конвенционально красивыми. Той красотой, которая продается как «красивая». Той красотой, которая в журналах. Той, о которой мы говорим с подругами. Той, в достижении которой нам должен помочь макияж. Той, за которой мы бежим в спортзал. Той красотой, которую нас приучили хотеть хотеть. Той недостижимой красотой, которой, предположительно, ни у кого нет.

Некоторые люди выглядят немного похожими на этот идеал. Совсем немногие думают, что так выглядят. Совсем-совсем немногие ЧУВСТВУЮТ себя красивыми всё время. Независимо от этого, некоторые люди получают настоящую работу в модельном бизнесе. Некоторым людям подходит одежда, которая продается в магазинах. Некоторые люди легче определяются как конвенционально красивые. Многим из нас знакомы эти люди. Мы видим их своими глазами.

Пожалуйста, не прекращай читать. Честное слово, я не выстраиваю новую иерархию.

Некоторые из нас так далеки от соответствия этой картинке, что назвать нас красивыми можно только с большой натяжкой. Это прилагательное к нам не относится — и это просто факт. Это не низкая самооценка, не выпрашивание комплиментов. Это просто констатация того факта, что я не обладаю характеристиками, даже отдаленно совпадающими с актуальными стандартами красоты. И для некоторых из нас это нормально.

Позволь мне повторить другими словами. Некоторые из нас считают, что быть не красивой — это нормально.

Хотя красота ценится по всему миру, в некоторых местах это не ЕДИНСТВЕННАЯ или даже не главная ценность. Для некоторых женщин красота так же ценна как, например, умение хорошо играть в шахматы. Не все умеют играть в шахматы, и это нормально. Не всем это нужно. Точно так же — барабанную дробь, пожалуйста — не всем нужно быть красивыми.
Я не перестаю быть женщиной, если я не красива. Меня всё устраивает. Это не значит, что у меня низкая самооценка. Это значит, что когда я смотрю на обложку журнала, на рекламный щит, на большую часть одежды в продаже, я думаю — «не применимо ко мне». Это целый пласт бытия, о котором я могу вообще не переживать.

Я переживала, я же не инопланетянка. Но в настоящее время, так случилось, я освободилась от обязанности включать «красоту» в список атрибутов моего существования.
В некотором смысле это великое облегчение.

Но увы, мне не разрешено об этом говорить. Потому что мы всё еще держимся за связь нашей ценности как личностей с нашей эстетической ценность (это дело рук патриархата, большое ему спасибо). Но когда мне затыкают рот, я чувствую себя плохо. Не давая мне назвать себя некрасивой вы подкрепляете идею о том, что красота — САМАЯ важная характеристика меня как человеческого существа. Настолько важная, что СОВЕРШЕННО НЕВОЗМОЖНО никак ни в коем случае я не могу быть некрасивой, потому что…. Потому что это невозможно. Это СЛИШКОМ важно.

Можем ли мы вообразить мир, в котором быть некрасивой женщиной нормально? Так же нормально, как не быть великой шахматисткой? Что красота — это просто что-то, что есть у одних и нет у других, что мы можем ценить в людях, а можем и не ценить? Что мы можем не воспринимать красоту как благословение свыше и не беспокоиться о ней?

Женщины не соглашаются, когда мы называем себя некрасивыми, потому что не хотят, чтобы мы думали о себе плохо. Я предлагаю возможность называть себя некрасивой и спокойно воспринимать это обозначение, не думать о себе плохо и не быть той, с кем нужно поспорить. Я вообще не предлагаю обсуждать мою красоту. Считайте меня красивой, если хотите, дело ваше. Но если я не считаю красоту ценностью, то не ждите, что я буду защищать вашу оценку моей внешности. Я имею право ценить то, что считаю важным и не подвергаться навязыванию ваших ценностей.

Я также думаю, некоторые женщины выступают против того, чтобы мы называли себя некрасивыми, потому что это отражается на них. Потому что они, и это можно понять, опасаются, что если некоторые женщины вырвутся из парадигмы красоты, то их собственные усилия покажутся излишними и ненужными. Это не эгоизм, это борьба за выживание.

Я не осуждаю боязнь нарушать правила. Для очень многих людей нарушать правила не безопасно. Я белая. Я здоровая. Я могу себе это позволить.
Я пишу это не для того, чтобы обесценить вашу борьбу. Она настоящая, она тяжелая. Но это не моя борьба.

То, что я недостаточно хочу, чтобы меня воспринимали как красивую, не значит, что никто не должна этого хотеть, добиваться этого потом и кровью. Хочешь стать самой великой шахматисткой — пожалуйста. В любом случае, мой отказ участвовать в этой игре должен облегчить эту задачу.

Пожалуйста, перестаньте напоминать мне о том, как важно быть красивой. Для меня это на самом деле не важно.

Может быть, в следующий раз, когда твоя подруга назовет себя некрасивой, ты спросишь её — «А почему тебе так важно быть красивой?», вместо того, чтобы переубеждать или успокаивать. И это может стать началом более интересного или даже освобождающего разговора.


* в среде городского белого среднего класса в Канаде